main...

Время не умирать

Книжка мая: Воробьев Константин. Это мы, Господи!..: Повести. – СПб.: Азбука-классика, 2005. – 288 с.

 

Когда я был маленький и любил сладкое, а пиво хоть и продавалось редко, но было качественное, то застал я тех самых ветеранов, которых сейчас на 9 мая не особо встретишь. А тогда их было еще много в каждом дворе большой, родной и лживой родины. И вместе со старшими товарищами по «войнушке» вечерами мы слушали рассказы подвыпивших или трезвых стариков о том, как было… Как было на самом деле.

Потом наступал праздник, мама рассказывала, как они встретили эту весть в далеком 45-м, в школе учили «Василия Теркина» не подозревая, что есть и другой Твардовский, есть другие книги и воспоминания о том, на что наложила монополию бесчувственная власть. Умирали ветераны, уходили в свои неопубликованные повести и рассказы, иногда добровольно подводя черту, разбивая сердца от двухнравственного сознания брежневской эпохи. Страна кончилась, иссякла, а власть осталась с той же монополией и бесчувствием, только теперь хорошо поискав, можно найти опубликованным те рассказы стариков, поведанные им мальчишкам когда-то.

019_avtor_vremya_ne_umirat.jpg

«На тринадцатые сутки умышленного мора голодом людей немцы загнали в лагерь раненую лошадь. И бросилась огромная толпа пленных к несчастному животному, на ходу открывая ножи, бритвы, торопливо шаря в карманах хоть что-нибудь острое, способное резать или рвать движущееся мясо. По образовавшейся гигантской куче людей две вышки открыли пулеметный  огонь. Может быть, первый раз за все время войны так красиво и экономно расходовали патроны фашисты. Ни одна удивительно светящаяся пуля не вывела посвист, уходя поверх голов пленных! А когда народ разбежался к баракам, на месте, где пять минут тому назад еще ковыляла на трех ногах кляча, лежала груда кровавых, еще теплых костей и вокруг них около ста человек убитых, задавленных, раненых…» (К.Воробьев. Крик)